?

Log in

No account? Create an account

БОЛЬШОЙ КОСМИЧЕСКИЙ ОБМАН США

Previous Entry Share Next Entry
БОЛЬШОЙ КОСМИЧЕСКИЙ ОБМАН США . ГЛАВА 41. "АПОЛЛОН-13" И "СЕЙНЕР" "ХАРИТОН ЛАПТЕВ"
neprohogi
Кто мог из перечисленных кораблей забрать КМ "Аполлон-13" среди тех , кто был в районе гибели АПЛ К8?
Необходимо искать по следующим параметрам: 1) Этот корабль должен быть разведывательным кораблем ГРУ СССР; 2) Корабль должен быть укомплектован командой имеющих опыт в вылове частей американских ракет; 3) На корабле должно быть подьемное оборудование, приспособления как у военного тральщика; 4) Большой просторный трюм с большим и широким люков или раздвижной платформой, куда можно было поместить КМ " Аполлон-13"; 5) Современная система прослушки эфира; 6) Современная система радиолокации; 7) Мощные прожекторы для поиска КМ на море; 8) Мощные двигатели для ухода от преследования; 9) Это должна быть команда во главе с командирами, которая не раз и не два отличалась в такого рода разведывательных операциях по захвату военных секретов США, в период времени 1970 года
Так вот такой корабль на месте гибели АПЛ К8 был!



http://www.hotstreams.ru/gallery/albums/userpics/10062/ssv503_young.jpg



http://www.hotstreams.ru/forum/gallery/209_20_01_12_8_59_20.jpg

Такого рода корабли как раз появились в 60-х:
http://spec-naz.org/articles/oruzhie_i_boevaya_tekhnika/the_intelligence_court/
Специальные суда-разведчики появились в эпоху пара во второй половине XIX века. Они получили название «авизо». В русском флоте в начале ХХ века строились маленькие быстроходные крейсера-разведчики, как например «Новик».
Но вот в 60-х годах ХХ века появились корабли-разведчики, кардинально отличавшиеся от всех ранее используемых для разведки судов. Они стали тихоходными, на них не устанавливали пушки, да и по внешнему виду они не отличались от грузовых судов или больших рыболовецких траулеров. Что же произошло?
Начну с того, что эти корабли предназначались для специфических операций в ходе холодной войны. Им не было нужды удирать от противника, и первоначально в США и в СССР считалось, что им не придется вести бой. С другой стороны, подобные суда должны были крейсировать с небольшой скоростью по три и более месяцев в заданном районе моря.
Эсминцы и крейсера по целому ряду факторов мало подходили для этих задач. Во-первых, высокая стоимость трехмесячного похода эсминца, износ турбинных установок, отсутствие места для установки крупногабаритных систем радиотехнической и гидроакустической разведок и их обслуживающего персонала и т. д.
Во-вторых, военные корабли должны были выполнять свои принципиально иные задачи.
Наконец, постоянное присутствие крупных боевых кораблей у берегов потенциального противника раздражало его правительство и могло спровоцировать международный конфликт.
И вот почти одновременно в начале 1960-х годов в США и в СССР началось переоборудование грузовых судов и больших рыболовецких траулеров в разведывательные суда.
В состав советского ВМФ первые суда радиотехнической разведки вошли в середине 1950-х годов. Всего к 1990 г. в составе советского флота имелось 64 разведывательных судна. Согласно отечественной классификации они делились на малые, средние и большие.
В качестве примера наших разведывательных судов приведу четыре судна проекта 393, построенных в Николаеве, — «Вертикаль», «Вал», «Лоцам» и «Бакан». Их полное водоизмещение составляло 1278 т; скорость хода — 12,7 уз.; вооружение — пулеметы и ПЗРК.
Тридцать малых разведывательных судов пр. 861 были построены в 1967–1972 гг. в Гданьске (ПНР). Их полное водоизмещение — 1600 т; скорость хода 17 уз.; вооружение — пулеметы и ПЗРК.
К средним разведывательным судам относятся корабли пр. 864 «Приазовье», «Меридиан» и др., всего 7 единиц. Они также построены в Гданьске в 1985–1990 гг. Их полное водоизмещение — 4000 т; скорость хода 16,5 узла. Вооружение составляют две 6-ствольные 30-мм установки АК-630 М.
Наконец, в качестве примера больших разведывательных судов назову 6 судов пр. 394 Б — «Забайкалье», «Крым», «Кавказ» и др., построенных в Николаеве в 1960–1971 гг. Их водоизмещение 5000 т, скорость хода 12 уз.; вооружение — ПЗРК и пулеметы.
Наши разведывательные корабли официально назывались гидрографическими судами (ГИСУ) или судами связи (ССВ). Часть судов носила флаг Гидрографии, другие — военно-морской флаг. В документах Министерства обороны СССР и Генерального штаба Вооруженных сил СССР эти корабли именовались КР РР РТР (корабль радиоразведки и радиотехнической разведки).
В этой статье для удобства читателей я буду именовать разведывательные корабли «РК». После 1991 г. в СМИ появилась информация, что РК подчинялись КГБ. Разумеется, полученная ими информация попадала и в КГБ, но эти суда состояли в ведомстве ГРУ, а конкретно, его 6-го управления"
"Харитон Лаптев" так же состоял в ведомстве ГРУ: " После войны 1967 г. численность РК Черноморского флота увеличилась. 13 февраля 1971 г. на базе отдельного дивизиона кораблей была сформирована бригада разведывательных кораблей. В ее состав вошло 12 кораблей: большой РК «Запорожье» (корабль 1 ранга); средний РК «Харитон Лаптев» (корабль 2 ранга); малые РК «Веха», «Теодолит», «Кренометр», «Лотлинь», «Траверз», «Барометр», «Архипелаг», «Пелорус», «Находка», «Селигер» (корабли 3 ранга); ПМ-13, ПСКЛ-З и БСС-79850" .
Газета « Navy Times» 19 августа 1970 года сообщала: «Первый подводный старт Посейдона отложен, препятствующим советским кораблем. Мыс Кеннеди. Военно-морской флот, преодолевая маневры русского корабля, успешно стартовал первую ракету Посейдон из подводного положения с подводной лодки Джеймс Мэдисон в Атлантическом океане приблизительно в 30 милях отсюда. Сопровождение Джеймса Мэдисона осуществляли ракетно- испытательный корабль Обсервэйшн Айслэнд, эсминец сопровождения Калкатерра и русский траулер Лаптев».
Воспоминания членов команды разведывательного корабля "Харитон Лаптев"
http://www.hotstreams.ru/forum/index.php?topic=73.1095
"Из истории ЭОС «Харитон Лаптев». Фотографии момента первого запуска ракеты «Посейдон» с ПЛАРБ «Джеймн Мэдисон». Корабли обеспечения: эсминец «Калкатерра» (на переднем плане) и научно-исследовательское судно «Обсервэйшн Айслэнд». Район Канаверал,1970 г.
Решив задачи по вскрытию радиоэлектронной обстановки в районе подводного пуска ракеты с ПЛАРБ «Джеймн Мэдисон», по записи гидроакустических шумов подводной лодки и телеметрической информации о запуске и полете ракеты, экипажу корабля удалось собрать в воде предметы, оставшиеся после запуска «Посейдона». За умелое руководство личным составом, грамотные и решительные действия при выполнении задания командования командир корабля Афонин А.В. досрочно получил звание капитана 2 ранга, был награжден орденом Красного Знамени. Заместитель командира по политической части капитан 3 ранга Мариин С.И. за этот поход награжден орденом Красный Звезды, а командир БЧ–5 капитан 3 ранга Романкевич Б.П. медалью «За боевые заслуги» (ист. 11)."
Итак есть два момента, которые говорят о том, что во-первых, в районе трагедии, севернее Азорских островов 8 апреля разведывательный корабль проходил мимо АПЛ К8 и даже зафиксировал его всплытие; во-вторых 11 апреля Харитон Лаптев якобы получил приказ выдвигаться в район аварии АПЛ:
http://gremih.ru/pehatnie-izdanij/82-nad-bezdnoi.html?start=14
" В 14.58 11 апреля ЦКП ВМФ передал радиограмму на гидрографическое судно "Харитон Лаптев", находившееся в Северной Атлантике по плану маневров "Океан". Текст радиограммы был лаконичен: "Срочно следовать в точку широта 48" 15" северная, долгота 20" 09" западная для оказания помощи подводной лодке. Свое место, курс следования, время прибытия донести. Начальник Главного штаба ВМФ Сергеев".
Командир "Лаптева" капитан 3 ранга Афонин был моряком опытным. Ему ли не понять, что крылось за тремя строчками московской радиограммы!
- Курс 328 градусов! - приказал он, едва взглянув на произведенные штурманом расчеты. - Обе машины вперед, самый полный!
Зарываясь форштевнем в океанскую волну, гидрограф устремился на помощь терпящим бедствие. Механики выжимали из машины все что можно. Корабль трясся, как в лихорадке, из трубы валили снопы искр. Вперед, только вперед!
Вспоминает капитан 1 ранга в отставке Сергей Петрович Бодриков, в 1970 году бывший старшим помощником командира гидрографического корабля "Харитон Лаптев": "С получением приказания "следовать в район аварии подводной лодки" А.В. Афонин собрал командиров боевых частей на ГКП. Так как информация о состоянии лодки полностью отсутствовала, мы попытались просчитать возможные варианты состояния атомохода и продумать возможные варианты оказания помощи. Проверили готовность плавсредств, подготовили два плотика ПСН-20 для передачи на лодку. Плотики надули, положили туда одеяла, продукты, медикаменты".
Спустя час после начала бешеной гонки Афонин сыграл большой сбор. Построенному на палубе экипажу в несколько слов объявил задачу. Лица людей сразу же посуровели. Старший помощник командира капитан-лейтенант Бодриков зачитал приказ о назначении аварийно-спасательной партии.
Утром следующего дня в эфире внезапно прозвучал позывной "Лзей". Неизвестный "Лзей" слал в эфир тревожные вести: "Нахожусь рядом с поврежденной подводной лодкой, снял часть экипажа".
- "Лзей"! "Лзей"! Я советский гидрограф "Лаптев". Кто вы? Дайте ваши координаты! - немедленно откликнулся радист спешащего на помощь корабля.
- Я болгарский теплоход "Авиор". Нахожусь в точке с координатами Ш.... Д....
Не снижая хода, "Лаптев" немного изменил курс, чтобы точнее выйти к месту нахождения лодки. И снова радио-грамма из Москвы:
"Лодка без хода. Средства связи не действуют. Точными данными о состоянии лодки и экипажа мы не располагаем. По возможности высадите на подводную лодку офицера с переносной радиостанцией и врача".
В час ночи командира "Лаптева" вызвал к телеграфному аппарату Адмирал Флота Сергеев.
Сергеев: Кто у аппарата?
Афонин: Командир!
Сергеев: Главная задача - удержать лодку на плаву. Для продувания цистерн главного балласта используйте воздух высокого давления из командирской группы ВВД торпедных баллонов. Докладывайте ежечасно.
Афонин: Вас понял! У радиостанции остается замполит капитан 3 ранга Мариин. Сам буду находиться на левом крыле мостика.
Сергеев: Хорошо! Ждем! Конец связи.
Через каких-то двадцать минут взволнованный голос вахтенного радиометриста у навигационной РЛС "Дон":
- Есть контакт трех целей! Цели прямо по курсу!
Афонин подбежал к индикатору станции. В зеленоватом мерцании экрана вспыхивали и медленно таяли три пятна, два больших и одно поменьше. Меньшее - это лодка!
- Рулевой! Лево пятнадцать! - подкорректировал курс командир.
В ночной темноте стали смутно угадываться ходовые огни транспортов.
- До ближайшей цели тридцать кабельтовых! - непрерывно докладывал дистанцию радиометрист.
С одного из судов, привлекая внимание, дали две ракеты: красную и белую. Затем последовал семафор ратьером: "Я судно "Комсомолец Литвы". Ваш курс ведет к опасности". "Лаптев" резко сбавил ход. Леденящий душу трезвон боевой тревоги буквально выбросил подвахтенную смену из коек. Люди чувствовали, как резко накренился корабль. Это Афонин, описывая широкую дугу, выводил "Лаптева" на аварийную лодку. На верхней палубе немногословно и по-деловому распоряжался старпом Бодриков. Под его руководством матросы готовили к спуску вельбот. Разом вспыхнуло палубное освещение и прожектора. Вот наконец и лодка! Огромная черная туша корпуса с задранным кверху носом. Будто огромный раненый кит, продолжавший бороться за свою жизнь среди штормовых волн.
Вспоминает капитан 1 ранга в запасе С. П. Бодриков: "С выходом на визуальный контакт обнаружили, что лодка имеет значительный дифферент на корму. Атомоход лежал носом на волну, так как волнение было довольно сильным, точно определить действующую ватерлинию было довольно сложно, однако однозначно постоянно над ватерлинией находились крышки верхних торпедных аппаратов, довольно часто просматривались и крышки второй пары. В корме же вода доходила до кормового среза рубки".
С подводной лодки, заметя подходящий корабль, дали зеленую ракету. "Лаптев" тем временем пытался сблизиться с атомоходом, зайдя с правого борта. Попытка не удалась. Помешали волны и зыбь. Гидрограф немедленно пошел на второй заход. На лодке кто-то зажег карманный фонарь. С "Лаптева" было хорошо видно, как волны одна за другой перекатываются через всю лодку, заливая ее по самую ходовую рубку. На маленьком флагштоке бился на ветру краснозвездный флаг ВМФ СССР. На мостике были видны четверо, все в зимних шапках и канадках. Афонин взял в руки электромегафон.
- Я корабль "Харитон Лаптев"! Если слышите, поднимите руки!
На лодке кто-то поднял вверх обе руки.
- Прибыл к вам для оказания помощи. В чем нуждаетесь? Прибыл по приказу НГШ адмирала Сергеева!
С лодки ветром донеслось слабое:
- Поняли! Есть ли у вас ВВД?
- ВВД нет. Есть воздух среднего давления в 30 атмосфер.
С К-8 запросили:
- Укажите вашу принадлежность!
- Мы из Североморска. Гидрограф "Харитон Лаптев"!
- Поняли! - отозвались с атомохода. - Есть ли у вас изолирующие противогазы?
- Есть пять комплектов ИП-46 и три акваланга! - отозвался "Лаптев" и в свою очередь поинтересовался. - Имеете ли жертвы?
В бинокль было видно, как на лодке совещаются. Затем один из подводников крикнул:
- У нас все нормально!
И снова обратимся к воспоминаниям Сергея Петровича Бодрикова: "С подходом на голосовую связь и началом переговоров поразил довольно холодный прием, нежелание отвечать на задаваемые вопросы, явное недоверие, несмотря на то, что были освещены прожектором труба, надписи на рубке и на носу. Нам было сказано: "На "Касимове" наш старший, возьмите его к себе на борт, тогда будем разговаривать". На вопрос: "Какое время вы еще можете продержаться?" получили ответ: "Не знаем, будем держаться!"
Вообще наши подводники довольно часто принимали свои гидрографические корабли за американские разведывательные суда. Возможно, что их смущала белая окраска корпуса и название корабля, выполненное латинскими буквами, как того требовал международный регистр. Так, к сожалению, случилось и при встрече с К-8"."
"Аполлон-13" Запуск 11 апреля, 1970. 19:13:00 UTC (Всемирное время UT является современной версией среднего времени по Гринвичу) В 22:00 КМ "Аполлон-13" был скорее всего на месте, недалеко от того места , где разыгрывалась трагедия. Разведывательный корабль СССР под видом помощи АПЛ шел в район приводнения КМ "А-13" для его захвата. Американские корабли видимо были оттянуты на наблюдение за грандиозными учениями ВМФ СССР "Океан" , которые очень сильно напоминали подготовку к началу третьей Мировой войны. Оцепление этого района в тот день было слабым .
Время появления Хаитона Лаптева на месте трагедии упоминается здесь, но это время второго обращения капитана Афонина к капитану Бессонову:
http://gremih.ru/pehatnie-izdanij/82-nad-bezdnoi.html?start=14
" Было 4 часа 05 минут московского времени, когда гидрограф вновь вышел на голосовую связь с К-8. На бак "Лаптева" вышли старпом Бодриков и механик Романкевич. Рискуя быть смытыми за борт, они вызвались репетовать все услышанное с лодки командиру.
"Лаптев": Имею к вам вопросы от НГШ. Если поняли меня, отвечайте фонарем!
С лодки в ответ несколько раз помахали фонариком.
"Лаптев": Кто командует лодкой?
К-8: Командир!
"Лаптев": В каком состоянии экипаж? Какие повреждения? Какая требуется помощь?
К-8: Повторите вашу принадлежность!
"Лаптев": Я океанографическое судно "Харитон Лаптев" из Североморска. Вы должны нас знать, мы работали с Черновым, с К-38. Пришли к вам на помощь по приказанию НГШ. Его интересуют следующие вопросы...
К-8: Поняли! Есть ли ИПы, ВВД?
"Лаптев": 5 комплектов ИПов, 3 акваланга. ВВД нет, есть СВД и 20 метров шланга. Есть ли у вас шланг?
К-8: Шланга нет!
"Лаптев": Повторяем, есть ли жертвы? Какие повреждения?
К-8: Мы уже сообщили все в Москву через "Касимов"!
"Лаптев": Сергеев просит уточнений!
К-8: На этот вопрос отвечать не будем!
"Лаптев": Для вас получена радиограмма от Главкома. Передаю текст: "Основное удержаться на плаву. Запасы воздуха 6-й группы, торпедного хозяйства и командирские запасы подавать в цистерны с 1-й по 6-ю".
К-8: Вас поняли! Покажите свою принадлежность!
На "Лаптеве" немедленно разворачивают прожектор. Мощный луч света упирается в дымовую трубу. Среди снежной круговерти ясно видны голубые полосы, а между ними серп и молот. Еще разворот прожектора и освещен ходовой мостик. Теперь видны офицеры в канадках и шапках с "крабами".
К-8: Поняли! Поняли!
"Лаптев": Командир! НГШ спрашивает о жертвах и повреждениях! Москва требует уточнить!
К-8: Всю информацию получите на "Касимове"!
"Лаптев": Получено приказание принять замкомдива с "Касимова" на наш борт!
К-8: У нас все нормально. Обстановку узнаете у ЗКД, он все знает!
"Лаптев": Мы идем к "Касимову". Возьмем вашего замкомдива на борт. Сколько времени вы можете продержаться на плаву?
К-8: Не знаем!
"Лаптев": Надо решать скорее! Держитесь!
С атомной лодки уходящему гидрографу махали руками... А Афонин уже выходил по УКВ на связь с "Касимовым"."
Допустим время прибытия 3 часа времени по Гринвичу. Это более чем вероятно. 5 часов вот тот период, который потребовался разведчикам с "Харитона" для захвата КМ "А13".